Притворный договор дарения судебная практика

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 28.03.2017 N 46-КГ17-3

Притворный договор дарения судебная практика

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 28 марта 2017 г. N 46-КГ17-3

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Юрьева И.М.,

судей Горохова Б.А., Рыженкова А.М.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Бикинеевой Н.А. к Преснякову О.А., Преснякову А.А. о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, разделе совместно нажитого имущества, признании права собственности

по кассационной жалобе Преснякова О.А. и Преснякова А.А. на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 5 мая 2016 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Юрьева И.М., Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

установила:

Бикинеева Н.А. обратилась в суд с иском к Преснякову О.А. и Преснякову А.А. о признании недействительным заключенного между Пресняковым О.А. и Пресняковым А.А.

договора дарения доли в размере 1/3 в праве собственности на квартиру по адресу: , о применении последствий недействительности сделки, разделе совместно нажитого имущества супругов и признании за собой права собственности на 1/6 доли в праве собственности на квартиру.

В обоснование иска Бикинеева Н.А. указала, что с 1999 года по 2012 год состояла с Пресняковым О.А. в браке, в период которого супруги приобрели долю в размере 1/3 в праве собственности на указанную квартиру и оформили ее на имя Преснякова О.А.

Раздел данного имущества между супругами после расторжения брака не производился. В октябре 2015 года Бикинеевой Н.А. стало известно, что бывший супруг распорядился долей в праве собственности на квартиру путем заключения со своим отцом Пресняковым А.А. договора дарения.

Поскольку своего согласия на совершение указанной сделки Бикинеева Н.А. не давала, заключенный между Пресняковым О.А. и Пресняковым А.А. договор дарения от 25 сентября 2015 г.

является недействительным, а доля в праве собственности на квартиру подлежит разделу между супругами в равных долях как совместно нажитое в браке с Пресняковым О.А. имущество.

Решением Октябрьского районного суда г. Самары от 16 февраля 2016 г. в удовлетворении иска отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 5 мая 2016 г. решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение, которым исковые требования удовлетворены.

Договор дарения от 25 сентября 2015 г. доли в размере 1/3 в праве собственности на спорную квартиру, заключенный между Пресняковым О.А. и Пресняковым А.А., признан недействительным.

Произведен раздел совместно нажитого имущества – доли в размере 1/3 в праве собственности на квартиру – между супругами в равных долях, за Пресняковым О.А. и Бикинеевой Н.А. признано право собственности на 1/6 доли в праве общей долевой собственности на квартиру за каждым.

В кассационной жалобе заявителями ставится вопрос об отмене апелляционного определения, как незаконного.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Юрьева И.М. от 20 февраля 2017 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что имеются основания для отмены апелляционного определения.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения были допущены при рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции.

Как установлено судом и следует из материалов дела, Пресняков О.А. и Бикинеева Н.А. с 23 июля 1999 г. по 6 ноября 2012 г. состояли в браке (л.д. 7, 24).

Вступившим в законную силу решением Октябрьского районного суда г. Самары от 11 февраля 2010 г. удовлетворены исковые требования Преснякова А.А., Преснякова О.А. и Преснякова С.А. к ООО “Седьмое небо” о признании за истцами права общей долевой собственности (по 1/3 доли за каждым) на квартиру, расположенную по адресу: (л.д. 19 – 20).

При рассмотрении указанного спора суд установил, что основанием для возникновения у истцов права общей долевой собственности на спорную квартиру явился заключенный между истцами и ООО “Степ” договор уступки прав требования от 5 марта 2005 г., по которому ООО “Степ” на возмездной основе уступило Преснякову А.А.

, Преснякову О.А. и Преснякову С.А. право требования к ООО “Седьмое небо” о предоставлении по окончании строительства указанной квартиры в собственность. Финансовые обязательства по договору исполнены истцами в полном объеме. Квартира передана истцам в пользование по акту приема-передачи от 25 сентября 2007 г.

На основании названного решения суда за Пресняковым А.А., Пресняковым О.А. и Пресняковым С.А. 8 июня 2010 г. зарегистрировано право собственности на доли в размере 1/3 в праве общей долевой собственности на спорную квартиру за каждым (л.д. 22).

По договору от 25 сентября 2015 г. Пресняков С.А. (даритель) передал в дар своему отцу Преснякову А.А. (одаряемый) долю в размере 1/3 в праве собственности на квартиру (л.д. 17).

По договору от 25 сентября 2015 г. Пресняков О.А. (даритель) передал в дар своему отцу Преснякову А.А. (одаряемый) долю в размере 1/3 в праве собственности на квартиру (л.д. 18).

Переход права собственности на квартиру к Преснякову А.А. зарегистрирован в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 2 октября 2015 г. (л.д. 8).

Таким образом, на момент рассмотрения спора единоличным собственником спорной квартиры является Пресняков А.А.

Согласно пункту 1 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов.

В силу пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемой сделки, для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга. Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции исходил из того, что оспариваемый истцом договор был заключен бывшим супругом после расторжения брака, в силу чего нормы семейного законодательства, регламентирующие необходимость при совершении сделки по распоряжению недвижимостью получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга, к спорным правоотношениям не применимы.

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции и принимая новое решение об удовлетворении иска, исходил из того, что на спорное имущество распространяется режим совместной собственности супругов, в силу чего правоотношения по распоряжению данным имуществом регулируются нормами семейного законодательства. Поскольку нотариально удостоверенное согласие Бикинеевой Н.А. на отчуждение бывшим супругом по договору дарения доли в праве собственности на квартиру отсутствовало, суд признал указанный договор недействительным.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что выводы суда апелляционной инстанции сделаны с существенным нарушением норм материального и процессуального права, что выразилось в следующем.

В соответствии со статьей 2 Семейного кодекса Российской Федерации семейное законодательство устанавливает условия и порядок вступления в брак, прекращения брака и признания его недействительным, регулирует личные неимущественные и имущественные отношения между членами семьи: супругами, родителями и детьми (усыновителями и усыновленными), а в случаях и в пределах, предусмотренных семейным законодательством, между другими родственниками и иными лицами, а также определяет формы и порядок устройства в семью детей, оставшихся без попечения родителей.

Таким образом, предметом регулирования семейного законодательства являются, в частности, имущественные отношения между членами семьи – супругами, другими родственниками и иными лицами. Семейное законодательство не регулирует отношения, возникающие между участниками гражданского оборота, не относящимися к членам семьи.

Как установлено судом, брак между Пресняковым О.А. и Бикинеевой Н.А. прекращен 6 ноября 2012 г.

Оспариваемый истцом договор дарения доли в праве собственности на спорную квартиру заключен 25 сентября 2015 г., то есть тогда, когда Пресняков О.А. и Бикинеева Н.А.

перестали быть супругами, владение, пользование и распоряжение общим имуществом которых определялось положениями статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, и приобрели статус участников совместной собственности, регламентация которой осуществляется положениями Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

В соответствии с пунктом 3 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников.

Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Исходя из положений вышеприведенных правовых норм суду при разрешении спора о признании недействительной сделки по распоряжению общим имуществом, совершенной одним из участников совместной собственности, следовало установить наличие или отсутствие полномочий у участника совместной собственности на совершение сделки по распоряжению общим имуществом, которые возникают у этого участника в случае согласия остальных участников совместной собственности на совершение такой сделки.

Также суд должен был установить наличие или отсутствие осведомленности другой стороны по сделке об отсутствии у участника совместной собственности полномочий на совершение сделки по распоряжению общим имуществом и обстоятельства, с учетом которых другая сторона по сделке должна была знать о неправомерности действий участника совместной собственности.

Следовательно, для правильного рассмотрения настоящего дела суду необходимо было установить, имелись ли у Преснякова О.А. полномочия на отчуждение спорной квартиры Преснякову А.А. по договору дарения. В случае несогласия Бикинеевой Н.А. на распоряжение Пресняковым О.А. квартирой суду следовало установить, знал или должен ли был знать об этом Пресняков А.А.

Указанные обстоятельства являются юридически значимыми и подлежащими установлению для правильного разрешения дела.

Между тем суд апелляционной инстанции указанные обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, оставил без исследования и правовой оценки.

Вывод суда апелляционной инстанции о недействительности оспариваемой сделки по мотиву отсутствия нотариально удостоверенного согласия бывшей супруги на совершение сделки не основан на законе.

Положения статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации в отношении получения нотариально удостоверенного согласия одного из супругов при совершении сделки по распоряжению недвижимостью другим супругом распространяются на правоотношения, возникшие между супругами, и не регулируют отношения, возникшие между иными участниками гражданского оборота, к которым относятся бывшие супруги.

В данном случае на момент заключения оспариваемой сделки брак между Пресняковым О.А. и Бикинеевой Н.А. был прекращен и, соответственно, получение нотариального согласия Бикинеевой Н.А. на отчуждение бывшим супругом доли в праве собственности на квартиру не требовалось.

Требование о признании такой сделки недействительной может быть удовлетворено только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об отсутствии полномочий у участника совместной собственности на совершение сделки.

С учетом того, что истец оспаривает совершенную бывшим супругом Пресняковым О.А. сделку по распоряжению спорной квартирой, то именно истец должен доказать недобросовестность поведения ответчика Преснякова А.А. на предмет его осведомленности об отсутствии у Преснякова О.А. полномочий распоряжаться квартирой.

Это судом апелляционной инстанции учтено не было.

С учетом изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что допущенные судом апелляционной инстанции нарушения норм материального и процессуального права являются существенными, они повлияли на исход дела и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителей, в связи с чем апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 5 мая 2016 г. нельзя признать законным, оно подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное и разрешить возникший спор в соответствии с установленными по делу обстоятельствами и требованиями закона.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 5 мая 2016 г. отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

——————————————————————

Источник: https://legalacts.ru/sud/opredelenie-verkhovnogo-suda-rf-ot-28032017-n-46-kg17-3/

продажа доли в праве по договору дарения

Притворный договор дарения судебная практика

В отличие от возмездных сделок (купля-продажа, мена), дарение является безвозмездной сделкой, т.е. предполагается, что даритель передает свое имущество одаряемому безвозмездно.

Если же даритель совершает дарение под условием передачи ему одаряемым каких-либо денежных средств или иного имущества, то такая сделка является недействительной по причине ее притворности.

Притворность сделки означает, что притворная сделка, в нашем случае, дарение, прикрывает другую сделку, на совершение которой была направлена действительная воля ее сторон – куплю-продажу.

Притворная сделка дарения, как  правило, заключаются с одной целью: лишить второго собственника доли в общем имуществе права преимущественной покупки.

Данное право установлено статьей 250 Гражданского кодекса РФ согласно которой при продаже, мене доли в праве общей собственности постороннему лицу остальные участники долевой собственности имеют преимущественное право покупки продаваемой доли по цене, за которую она продается, и на прочих равных условиях, кроме случаев продажи с публичных торгов. При продаже доли с нарушением преимущественного права покупки любой другой участник долевой собственности имеет право в течение трех месяцев требовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя.

Из вышеизложенного следует, что для того, чтобы оспорить в судебном порядке договор дарения доли в общем имуществе вам потребуется доказать, что данная сделка является возмездной, т.е. даритель получил от одаряемого денежные средства за уступленное ему по договору дарения имущество.

Таким доказательством, например, могут быть выписки с банковских счетов одаряемого о списании средств и (или) дарителя об их зачислении. Для лица, оспаривающего договор дарения, получение доказательств осуществления взаиморасчетов между дарителем и одаряемым, является большой удачей.

Если же оплата произведена наличными денежными средствами, то доказать факт ее осуществления будет намного сложнее.        

Также нужно помнить, что проведение между дарителем и одаряемым каких-либо денежных взаиморасчетов еще не является безусловным доказательством ничтожности дарения.

Во-первых, стороны договора дарения могут представить суду доказательства того, что взаиморасчеты между ними связаны не с дарением, а с другой сделкой, например, возвратом ранее полученного долга.

Поэтому, лицу, оспаривающему договор дарения, нужно быть готовым представить суду доказательства отсутствия у сторон договора каких-либо иных обязательств между собой, кроме как вытекающих из притворной сделки.

Во-вторых, при оспаривании договора дарения нужно учитывать временной интервал, который прошел между заключением договора дарения и получением дарителем платежа. Чем короче данный интервал, тем выше шанс на признание судом договора дарения ничтожным.

В-третьих, размер полученных дарителем денежных средств должен соотноситься с рыночной стоимостью отчуждаемой доли. Например, если рыночная стоимость доли составляет 1 млн. рублей, а даритель получил всего 100 тыс. рублей, то суд может прийти к выводу о получении денежных средств не в счет продажи доли, а в счет какого-либо иного обязательства, на которое ссылаются ответчики.

Как видим, признать в судебном порядке договор дарения ничтожным является крайне непростой задачей и без профессиональной адвокатской помощи здесь не обойтись. А есть ли какие-либо иные меры, направленные на защиту интересов супруга-собственника доли в общем имуществе от отчуждения вторым супругом своей доли третьему лицу посредством договора дарения? Есть.

Первое. Нужно помнить, что любое третье лицо, вступающее в такую сделку, преследует главную цель – купить подешевле, продать подороже.

Какой смысл заключать притворную сделку по рыночной цене, если можно купить по схожей  цене другой объект без риска последующего судебного оспаривания сделки? Следовательно, даритель,  заключая притворную сделку, гарантированно выручит меньше денежных средств по сравнению с тем, если бы сделка была совершена с согласия второго собственника доли.

Например, собственники квартиры выставляют спорную квартиру на продажу по рыночной цене, а вырученные от продажи средства делят пропорционально размеру своих долей. Или один участник  долевой собственности выкупает долю у второго участника по рыночной цене.

Второе. Заключая притворный договор дарения, так называемый даритель, как правило, преследует две цели. Первая – как можно быстрее получить деньги за свою долю, пусть даже и в значительно меньшем размере. Вторая – навредить своему бывшему супругу.

Для эффективной борьбы с такой деструктивной мотивацией может быть только диалог, построенный на выгоде для лица, решившего продать свою долю. Если стороны не в состоянии друг друга услышать, то рекомендую привлечь адвоката для урегулирования возникшего спора.

Привлечение адвоката хорошо тем, что он не является прямым участником конфликта и ему будет значительно легче выстроить диалог с противоположной стороной на прагматичной основе. Этой основой может быть только выгода – продажа квартиры по рыночной, а значит, по более высокой цене.

При наличии общего ребенка – возможность ушедшему из семьи супруга общаться с ребенком без лишних конфликтов со вторым супругом, а значит, без обращения в суд. А это также сэкономит ему время, нервы и деньги.

https://www.youtube.com/watch?v=-1ASmlclTFk

Если же договор дарения уже заключен, а шанс его оспорить в суде невелик, то рекомендую все равно вступать в диалог в бывшим супругом. Возможно он изменит свою позицию и даст вам недостающие доказательства притворности дарения.

Если же нет, то необходимо вступать в диалог с новым собственником доли и договариваться с ним о продаже квартиры по рыночной цене. Если он к этому не готов, то готовьтесь к худшему – затяжной войне на истощение нервов и средств. В этом случае фиксируйте все его нарушения на аудио и видеозапись.

Собранные материалы могут стать доказательствами для возбуждения в отношении него уголовного дела по факту умышленного нанесения телесных повреждений (статьи 115-116 Уголовного кодекса РФ), вымогательства (статья 163 Уголовного кодекса РФ), умышленного повреждения или уничтожения имущества (статья 167 Уголовного кодекса РФ), или понуждения к совершению сделки (статья 179 Уголовного кодекса РФ). В свою очередь, возбужденное уголовное дело является дополнительным и весомым рычагом воздействия на несговорчивого приобретателя доли. 

Однако лучшим решением любого спорного вопроса является диалог между сторонами, только его надо выстроить профессионально, прагматично и без эмоций. В свою очередь, при достижении сторонами соглашения, его потребуется юридически грамотно оформить. В противном случае, цена такой договоренности может быть сведена к нулю или привести к дополнительным убыткам. 

Источник: https://www.advokat-demyanchuk.ru/ustupka-doli-v-prave-na-kvartiru-po-pritvornomu-dogovoru-dareniya-chto-delat-vto.html

Вс напомнил, что встречное предоставление отменяет безвозмездный характер передачи имущества

Притворный договор дарения судебная практика

Верховный Суд опубликовал Определение от 11 августа 2020 г. № 5-КГ20-44, в котором указал, что любое встречное предоставление со стороны одаряемого или другого лица ведет к признанию договора дарения недействительным.

Спор о притворности договора дарения

В феврале 2009 г. Надежда Малышева по просьбе Людмилы Гусевой зарегистрировала в своей квартире ее дочь Екатерину Пустовалову, заключив с ней договор пользования жилым помещением.

Нуждаясь в денежных средствах, Малышева в ноябре 2010 г. согласилась продать Пустоваловой ¼ доли в праве собственности на квартиру за более чем 1,2 млн руб. Стороны договорились, что часть денежных средств (700 тыс. руб.

) Малышева получит от Гусевой сразу, остальное – через год.

Поскольку денежные средства передавала Гусева, во избежание дальнейших претензий со стороны супруга Пустоваловой сделку решено было оформить договором дарения, который был заключен 3 ноября 2010 г. 1 декабря того же года Гусева передала Малышевой 700 тыс. руб. и 7 сентября 2011 г. – 570 тыс. руб.

В 2011 г. Людмила Гусева стала настаивать на переоформлении на нее оставшейся 3/4 доли в праве собственности на квартиру. Получив отказ, она потребовала возврата уплаченной ею ранее денежной суммы. 29 ноября 2013 г. Гусева телеграммой направила Малышевой требование о возврате денег до 2 декабря 2013 г. как уплаченных ошибочно

Надежда Малышева обратилась в Бабушкинский районный суд г. Москвы с иском о признании договора дарения недействительным в связи с его притворностью, применении последствий недействительности ничтожной сделки, а также о применении к сделке правил о договоре купли-продажи.

Кроме того, истец просила перевести на Пустовалову права и обязанности по договору купли-продажи 1/4 доли в праве собственности на жилое помещение с установлением цены договора в 1,27 млн руб.

Истец указывала, что, совершая платежи, Гусева действовала в интересах дочери, знала о действительном характере возникших между ней и Пустоваловой обязательств, по условиям которых личного исполнения Пустоваловой обязанности по выплате денежных средств не требовалось.

Разрешая спор, суд пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска, поскольку допустимых доказательств притворности оспариваемой сделки суду не представлено.

Также первая инстанция указала, что истец не представила доказательств принятия ответчиком Пустоваловой на себя встречных обязательств по договору дарения.

Кроме того, суд согласился с доводами ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Апелляция оставила данное решение в силе. Не согласившись с решениями судов, Надежда Малышева обжаловала их в Верховный Суд. Определением судьи ВС от 16 августа 2019 г. было отказано в передаче кассационной жалобы на рассмотрение Судебной коллегии по гражданским делам, однако заместитель председателя ВС Василий Нечаев отменил определение об отказе и направил дело на рассмотрение Коллегии.

ВС разъяснил основания недействительности сделки по основанию притворности

Рассмотрев жалобу, Верховный Суд указал, что согласно п. 1 ст.

572 ГК по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или третьим лицом. В соответствии с абз. 2 п. 1 ст. 572 ГК при наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением – к нему применяются правила, предусмотренные п. 2 ст. 170 Кодекса.

ВС отметил, что в силу п. 2 ст. 170 ГК (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) притворная сделка – то есть совершенная с целью прикрыть другую сделку – ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа применяются относящиеся к ней правила.

Таким образом, резюмировала высшая инстанция, по основанию притворности недействительной может быть признана сделка, направленная на достижение других правовых последствий и прикрывающая иную волю всех ее участников.

При этом Верховный Суд заметил, что в соответствии с п. 1 ст.

313 ГК (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) исполнение обязательства может быть возложено должником на третье лицо, если из закона и иных правовых актов, а также условий обязательства или его существа не следует обязанность должника исполнить обязательство лично. В таком случае кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом.

«По смыслу данной нормы должник вправе исполнить обязательство, не требующее личного исполнения, самостоятельно или, не запрашивая согласия кредитора, передать исполнение третьему лицу. Праву должника возложить исполнение на третье лицо корреспондирует обязанность кредитора принять соответствующее исполнение», – подчеркивается в определении.

Высшая инстанция пояснила, что в силу указанных правовых норм квалифицирующим признаком дарения является безвозмездный характер передачи имущества, заключающийся в отсутствии встречного предоставления. Любое встречное предоставление со стороны одаряемого ведет к признанию договора дарения недействительным.

Чтобы предоставление считалось встречным, оно необязательно должно быть предусмотрено тем же договором, что и первоначальный дар, и может выступать предметом отдельной сделки, в том числе с другим лицом.

В данном случае, отмечается в определении, должна существовать причинная обусловленность дарения встречным предоставлением со стороны одаряемого, при наличии которого будет действовать правило о притворной сделке.

Так, указал ВС, Надежда Малышева ссылалась на то, что в момент совершения сделки воля сторон не была направлена на возникновение соответствующих дарению гражданских прав и обязанностей, между истцом и ответчиками была достигнута договоренность о поэтапной выплате денежных средств за 1/4 доли в праве собственности на принадлежащее истцу жилое помещение.

Высшая инстанция подчеркнула, что при разрешении спора суд указал на отсутствие доказательств, подтверждающих возмездный характер спорной сделки.

Между тем в обжалуемых судебных постановлениях не содержатся доводы, по которым суд отверг показания свидетелей, подтвердивших объяснения Малышевой о том, что она получила от Гусевой деньги за продажу доли. «Кроме того, как следует из материалов дела, судом не выносился на обсуждение вопрос о причине пропуска Малышевой Н.

А. срока исковой давности, ей не было предложено представить доказательства, свидетельствующие об уважительности причин пропуска данного срока», – сообщается в определении.

Таким образом, заключил ВС, при рассмотрении данного дела в нарушение ч. 2 ст.

12 ГПК судами не были созданы условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения закона, что привело к неправильному разрешению спора. В итоге решения нижестоящих судов были отменены, а дело направлено на новое рассмотрение в первую инстанцию.

Эксперты убеждены, что дополнительные разъяснения ВС положительно повлияют на судебную практику

Комментируя «АГ» определение, адвокат АП ХМАО – Югры Елена Чуднова отметила, что предмет доказывания в делах данной категории крайне сложен.

«ВС, мотивируя свои выводы о грубых нарушениях норм процессуального права при оценке доказательств нижестоящими судами, подчеркнул, что при разрешении спора суд указал на отсутствие доказательств, подтверждающих возмездный характер сделки.

Между тем в обжалуемых судебных постановлениях не содержатся доводы, по которым суд отверг показания свидетелей, подтвердивших объяснения истца о том, что она получила от одной из ответчиков денежные средства за продажу доли в праве на квартиру», – заметила она.

Отсутствие доминирующей положительной судебной практики по делам данной категории, добавила эксперт, вызывает немало сомнений у адвокатов – например, в том, какие доказательства будут наверняка приняты судом, так как письменным доказательствам суды отдают безусловный приоритет перед свидетельскими показаниями (как и в данном случае).

«При этом практически во всех случаях только свидетельскими показаниями возможно доказать, например, фактическую передачу денежных средств, их количество, состав участников сделок, обстоятельства, послужившие основанием для заключения притворной сделки, и т.д.

И если свидетель не уличен судом в заведомой заинтересованности в исходе дела либо в даче заведомо ложных показаний и свидетельские показания не противоречат остальной совокупности письменных доказательств, суд обязан оценивать их в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, принимая во внимание, что в силу ст.

69 ГПК они являются доказательствами по делу наравне с иными доказательствами, представленными сторонами», – пояснила Елена Чуднова.

«Анализ позиции ВС позволяет надеяться, что процесс “застоя” при оценке судами доказательств в строгом соответствии с требованиями закона, в их совокупности – особенно свидетельских показаний – наконец сдвинется с “мертвой точки”, – убеждена адвокат.

– Верховный Суд не только разъяснил, как необходимо применять нормы материального права в делах данной категории, но и жестко указал на многочисленные нарушения нижестоящими судами норм процессуального права при оценке доказательств, представленных сторонами, что не может не радовать адвокатское сообщество, поскольку свидетельские показания добыть бывает так же сложно, как и письменные».

По мнению младшего юриста Содружества земельных юристов Анны Рожковой, рассмотрение Судебной коллегией по гражданским делам данной жалобы свидетельствует о недостаточном понимании нижестоящими судами того, что именно считать встречным предоставлением в рамках рассмотрения аналогичных дел, и в каких случаях оно будет являться основанием для признания договора дарения недействительным по основанию притворности.

«Судебная коллегия пришла к обоснованному выводу, что встречное предоставление, о котором указано в абз. 2 п. 1 ст.

572 ГК, может быть не только предусмотрено в первоначальном договоре дарения, но и выступать предметом отдельной сделки с третьим лицом, которое по определенным причинам было заинтересовано в получении дара.

Иная позиция по данному вопросу привела бы к появлению многочисленных лазеек, позволяющих обойти требование законодательства о безвозмездном характере данного вида договора, что, в свою очередь, подрывало бы суть института дарения», – пояснила она.

Эксперт добавила, что в качестве критерия для выявления таких сделок ВС предложил критерий причинной обусловленности дарения встречным предоставлением со стороны одаряемого.

«То есть договор дарения должен быть признан судом недействительным в случае, когда основанием для передачи вещи стало не намерение дарителя “облагодетельствовать” одаряемого, как указывал Президиум ВАС РФ в Постановлении от 4 декабря 2012 г.

№ 8989/12 по делу № А28-5775/2011-223/12, а иное основание, вытекающее из экономических отношений сторон. Таким основанием, в частности, может стать возмездная сделка, заключенная с третьим лицом», – подчеркнула Анна Рожкова.

Юрист обратил внимание, что ранее ВС в своих определениях (например, в Определении от 21 августа 2018 г.

по делу № 33-кг18-4) неоднократно указывал, что для признания сделки недействительной по мотиву притворности необходимо установить, на что была направлена воля сторон. «Однако в определении от 11 августа 2020 г.

приведены дополнительные разъяснения, касающиеся произведения встречного предоставления третьим лицом, что в целом должно позитивно сказаться на судебной практике по аналогичным делам», – резюмировала Анна Рожкова.

Источник: https://www.advgazeta.ru/novosti/vs-napomnil-chto-vstrechnoe-predostavlenie-otmenyaet-bezvozmezdnyy-kharakter-peredachi-imushchestva/

Оспаривание дарственной как притворной сделки

Притворный договор дарения судебная практика

Время чтения 7 минутСпросить юриста быстрее. Это бесплатно! Размер шрифта: A+ | A−

Притворный договор дарения заключается с целью избежать последствий совершения возмездной сделки (купли-продажи, мены и т.д.). В этом случае будет нарушен ключевой признак дарения – безвозмездный характер передачи имущественных активов. В этой статье разберем, как оспорить притворную сделку дарения, и какие последствия повлечет эта процедура.

Что такое притворность

Гражданское законодательство понимает под притворностью действия сторон, направленные на умышленное искажение сути определенной сделки.

Для дарения такой умысел будет заключаться в придании видимости безвозмездности передачи имущества, хотя на самом деле даритель получит вознаграждение, встречную услугу материального или имущественного характера, иную выгоду.

Выделим ключевые признаки, при которых дарственная может рассматриваться как притворная сделка:

  1. если в договоре между контрагентами прямо указано, что одаряемый обязуется передать денежные средства или имущественное право, либо выполнить какую-либо услугу в пользу дарителя;
  2. если в договоре отсутствуют признаки возмездности, однако, на самом деле, одаряемый полностью или частично компенсирует стоимость переданного имущества без оформления дополнительных документов, либо путем составления расписок, актов, соглашений и т.д.;
  3. если даритель обуславливает передачу имущества в дар какими-либо условиями, имеющими стоимостную оценку, даже если одаряемый не согласился на их выполнение.

Не может рассматриваться как притворная сделка дарения, при которой предыдущий собственник сохранит определенные права на переданный объект или вещь. Например, при дарении недвижимости допускается включать условие о сохранении права проживания за предыдущим собственником – такое условие не носит возмездного характера, даже если жилец будет оплачивать затраты на коммунальные услуги.

Оспаривание дарственной как притворной сделки имеет особую важность при передаче недвижимости. Именно в этом случае путем дарения могут устраняться последствия, которые влечет возмездная сделка:

  • путем дарения можно избежать выплаты подоходного налога за продажу жилья – учитывая, что ставка НДФЛ составляет 13%, бывший собственник сэкономит существенную сумму на освобождении от налога;
  • при дарении устраняется обязанность обращаться к нотариусу, даже если недвижимость находилась в долевой собственности – если бы совершалась сделка продажи, пришлось бы уведомлять каждого дольщика о заключении договора и оплачивать значительный нотариальный тариф;
  • приобретение имущества в дар в период брачных отношений автоматически исключает недвижимость из-под раздела при разводе – таким способом один из супругов может избежать распределения семейных активов в равных долях.

Также дарение может использоваться как способ взятки за услуги, оказанные должностным лицом.  Хотя встречная услуга будет носить противоправный характер, она может быть оценена в определенной сумме, а следовательно имеет признак возмездности.

Правила оспаривания

Оспаривать гражданские сделки может любое заинтересованное лицо, чьи права и законные интересы были нарушены. Это могут быть непосредственные участники притворной сделки дарения, другие собственники при долевой или совместной форме собственности, уполномоченные государственные органы, прокурор. Процедура оспаривания проводится по следующим правилам:

  1. притворность сделки влечет ее ничтожность непосредственно с момента заключения – этот принцип действует, даже если договор дарения недвижимости был зарегистрирован в Росреестре с переходом прав на одаряемого;
  2. чтобы применить последствия ничтожности сделки, заинтересованное лицо должно обратиться в судебные инстанции – следовательно, без обращения в суд выявление факта притворности не имеет практического смысла;
  3. для обращения в суд учитывается срок исковой давности – по ничтожным сделкам он составляет 3 года с момента совершения сделки, либо с момента, когда истец узнал о нарушении своих прав.

При определении срока исковой давности имеет значение и еще один момент. Если заинтересованное лицо длительное время не знало о нарушении своего права, иск не может быть подан по истечении 10 лет с момента, когда сделка начала исполняться. Следовательно, за пределами десятилетнего периода любые судебные претензии не повлекут аннулирование дарственной.

Наиболее сложным моментом при обращении в суд является доказывание возмездного характера сделки. Если такое условие прямо или косвенно указано в самой дарственной, в суде достаточно сослаться на пункт договора.

Однако, на практике, при умышленном сокрытии возмездности дарения, встречные услуги или передача денежных средств происходит без указания в основном договоре.

К числу прямых доказательств при оспаривании могут выступать:

  • письменные расписки о передаче денежных средств, в том числе оформленные под видом возврата старого долга;
  • договоры на оплату услуг или работ в пользу дарителя – туристические путевки, дорогостоящее лечение, и т.д.;
  • фактическое выполнение работ или оказание услуг в пользу дарителя – ремонт недвижимости или транспорта, возведение нового объекта и т.д.;
  • открытие на имя дарителя банковских счетов и вкладов, оформление именных ценных бумаг;
  • включение дарителя в состав учредителей юридических лиц, передача долей или акций в уставном капитале.

Даже при наличии перечисленных доказательств крайне сложно связать оказание возмездных услуг или предоставление иных финансовых и имущественных выгод с договором дарения. Если же такие договоренности носили устный характер, а передача денег или оказание услуг происходили без оформления письменных документов, доказывание притворности будет практически невозможно.

Если притворная дарственная носит признаки уголовного преступления, доказывание будет осуществляться правоохранительными органами. В этом случае, материалы уголовного дела будут являться надлежащим доказательством в гражданском процессе.

Процедура оспаривания и последствия

При выявлении признаков притворности дарственной, заинтересованное лицо должно обратиться в суд. Споры между гражданами будет рассматривать суд общей юрисдикции, а юридическим лицам и предпринимателям предстоит обращаться  в арбитраж. Так как применение последствий ничтожной сделки через суд носит неимущественный характер, госпошлину нужно оплатить в сумме 300 руб. (для граждан).

Судебное разбирательство таких споров происходит по следующим правилам:

  1. ответчиками могут признаваться оба участника сделки, либо один из них (если иск предъявлен вторым контрагентом);
  2. иск подается по месту жительства или фактического нахождения ответчика (в ряде случае допускается предъявление иска по месту нахождения спорного имущества);
  3. обязанность доказывания возлагается на истца, т.е. он должен обосновать иск и представить соответствующие доказательства;
  4. рассмотрение дела возможно в отсутствие ответчиков, если они были уведомлены о месте и времени заседания.

Чтобы избежать случаев перепродажи имущества во время судебного процесса, либо переоформления прав на иное лицо, истец может заявить ходатайство об обеспечении иска. В этом случае на предмет притворной сделки (например, объект недвижимости), будет обращен судебный арест, который будет снят только по итогам разбирательства дела по существу.

Если суд удовлетворяет иск, договор дарения официально признается ничтожным с момента его заключения. Это автоматически влечет следующие последствия:

  • каждый из контрагентов обязан вернуть все полученное по сделке, т.е. подаренное имущество будет возвращено первоначальному собственнику;
  • если предметом иска была дарственная на недвижимость, в ЕГРН будет аннулирована запись о переходе права собственности, а сведения об исходном правообладателе будут восстановлены в реестре;
  • в судебном процессе может оформляться мировое соглашение, по итогам которого сделка может приобрести возмездный характер с соответствующим переводом прав – в этом случае возвращать имущество не придется, однако бывшему дарителю придется официально задекларировать доход и погасить налоговые обязательства  со штрафом.

Встречное вознаграждение или оказанная услуга могут быть компенсированы в этом же судебном процессе, либо путем подачи отдельного иска.

Если притворная дарственная была использована как средство вознаграждения за взятку, по итогам уголовного дела имущество и/или денежные средства могут быть конфискованы в доход государства. Не допускается изъятие и конфискация имущества добросовестного собственника или владельца, если он не был осведомлен о преступном характере действий.

Если имущество, переданное по притворной дарственной, уже было фактически продано или переоформлено на иных лиц, возможно два варианта развития событий:

  1. с одаряемого по притворной сделке может взыскиваться денежная компенсация, соответствующая стоимости имущественных активов;
  2. по итогам судебных разбирательств могут признаваться недействительными все последующие сделки, если они носили недобросовестный характер.

Если притворной признана дарственная на супруга в период семейных отношений, на приобретенное имущество может устанавливаться режим совместной собственности. В этом случае супругам предстоит делить такое имущество в равных долях при разводе по общим правилам.

Источник: https://law03.ru/society/article/osparivanie-darstvennoj-kak-pritvornoj-sdelki

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.