Вступление в силу судебных уставов

Великая судебная реформа 1864 г. и усиление нравственных основ института судебных приставов

Вступление в силу судебных уставов

Александр II

Значение нравственной составляющей в российском судопроизводстве значительно усилилось с 1864 г.

, когда были приняты Судебные уставы («Учреждение судебных установлений», «Устав гражданского судопроизводства», «Устав уголовного судопроизводства», «Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями»), положившие начало Великой судебной реформе.

Уставы вступили в действие в 1865 г., вследствие чего, ноябрь 1865 г. можно считать началом организации и становления института судебных приставов (судебной полиции) в России[1].

Цель издания новых Судебных уставов заключалась, как писал император Александр II в указе Правительствующему Сенату, в том, чтобы «…

водворить в России суд скорый, правый, милостивый и равный для всех подданных наших, возвысить судебную власть, дать ей надлежащую самостоятельность и вообще утвердить в народе то уважение к закону, без которого невозможно общественное благосостояние и которое должно быть постоянным руководителем действий всех и каждого: от высшего до низшего»[2].

Несмотря на то, что в основу судебной реформы был положен «передовой опыт» европейских стран, преимущественно Франции, при составлении законодательных положений, регламентировавших статус судебных приставов, авторы реформы учли и отечественные традиции этого института.

В частности, за приставами сохранили такие традиционно русские функции, как вызов сторон, исполнение распоряжений председательствующего, доставка судопроизводственных бумаг и т.п.

Уставами, ставшими основными нормативными актами, принятыми в ходе реформы, было закреплено правовое положение судебных приставов, а также порядок приведения в исполнение судебных решений, существенно отличавшийся от дореформенного.

Однако при разработке реформы законодатель отказался учредить две категории приставов — исполнительных, исполняющих судебные решения, и судебных, обеспечивающих деятельность суда. Впоследствии данный факт негативно сказался на эффективности реализации основного направления деятельности судебных приставов — принудительного исполнения судебных решений.

Судебный пристав, согласно Судебным уставам 1864 г., представлял собой должностное лицо, состоявшее при уголовном, гражданском и кассационном департаментах Сената, судебных палатах, окружных судах, съездах мировых судов и при мировых судьях.

Судебные приставы, состоящие при окружных судах, исполняли судебные решения, а судебные приставы при мировых съездах осуществляли хранение наследств, передачу и отсылку по принадлежности денег и других ценностей. Так, в соответствии со ст. 297 «Учреждения судебных установлений» (УСУ) приставы были включены в состав «общих судебных мест» — кассационного департамента Сената, судебных палат и окружных судов[3].

Нормами УСУ закреплялись большое значение и особая важность института исполнения судебных решений.

Раздел 10 посвящался «лицам, состоящим при судебных местах», а глава 1 — «О судебных приставах», регламентировала их полномочия и компетенцию.

Таким образом, законодатель счел нужным первоочередно определить статус судебной полиции, а уже затем адвокатуры и кандидатов на судебные должности нотариусов.

Нормы УСУ устанавливали кандидатам на должность судебного пристава ряд квалификационных требований, имеющих морально- нравственную составляющую.

Так, согласно статьям 200, 201, запрещалось «допускать к занятию должностей по судебному ведомству» лиц: занимавших другую должность на государственной или общественной службе; состоявших под следствием или судом за преступления или проступки; подвергшихся по судебному приговору тюремному заключению или иному более строгому наказанию; находившихся под судом за преступления, влекшие вышеуказанные наказания, и не оправданных судебным приговором; уволенных со службы по решению суда или из духовного ведомства за пороки;

исключенных из сословий по постановлениям соответствующих органов; объявленных несостоятельными должниками и состоявших под опекой за расточительность.

Кроме определенного возрастного ценза (не моложе 21 года) и наличия российского подданства (статьи 200, 201, 299 УСУ), кандидатам на должность судебного пристава предъявлялись требования, касающиеся моральных качеств и свойств, которые составляли так называемый нравственный ценз.

Насколько это было серьезное условие, можно судить хотя бы по тому, что ограничительные или даже запретительные требования повторяются в нескольких статьях УСУ.

Все это имело цель призвать на службу в качестве исполнителей судебных решений людей добросовестных и честных, поскольку именно эти качества гарантировали защиту интересов взыскателей и должников.

Судебными приставами не могли стать лица, запятнавшие себя не только правонарушениями, но и подозрением в их совершении. Требовалось также, чтобы кандидат на должность был непорочен по общественному приговору или постановлению духовных властей.

Вместе с тем, требования определенного образовательного ценза для судебных приставов в судебных уставах предусмотрено не было. Единственное положение о наличии у соискателя на должность пристава способностей к процедуре исполнения содержалось в ст. 300 УСУ: «…

по надлежащему удостоверению в благонадежной нравственности и способностях кандидатов к исполнению принимаемых ими на себя обязанностей».

В самых общих чертах это предполагало выявление у кандидатов в приставы грамотности, а также наличие физических и умственных качеств[4].

Ревизия судов 1895 г. выявила, что из 1407 судебных приставов подавляющее большинство — 1097 человек (78%) имели домашнее или низшее образование. Из остальных 310 среднее учебное заведение окончили 283 человека (20%), высшее — 27 человек (2%). Низкий образовательный уровень судебных приставов, безусловно, являлся причиной главных недостатков исполнительного производства того времени[5].

Подбор кандидатов на должность судебного пристава осуществлялся преимущественно из числа канцелярских служителей различных ведомств. По своему социальному происхождению они, как правило, были разночинцы — дети чиновников, духовенства, унтер- офицеров, купцов и мещан.

Какой-то единой процедуры отбора кандидатов на должность судебного пристава установлено не было. В одних судах, чтобы получить эту должность, требовалось в обязательном порядке сдать квалификационный экзамен, содержание и порядок которого подробно регламентировали Наказы.

Так, в «Особом Наказе Петербургского съезда мировых судей» указывалось, что лица, отвечавшие требованиям статей 299, 300 УСУ, «подлежали испытанию в экзаменационной комиссии при участии двух судебных приставов по выбору общего собрания судебных приставов».

Программа экзамена предусматривала только проверку знания правил исполнения судебных решений.

В других судах испытаний на соответствие должности вообще не проводилось. От кандидата только требовалось представить суду доказательства наличия образования и специальных профессиональных знаний. Оценивание профессиональной компетентности

Знак

судебного пристава

поступающего на должность пристава производилось обычно по имеющемуся у него опыту работы, указываемому в прошении.

Назначение на должность судебных приставов без экзаменов было особенно распространено в провинциальных судах, где было не так много желающих занять эту должность, а деловые качества местных жителей, поступавших на службу, были хорошо всем известны. Следует отметить, что денежное довольствие у судебного пристава было самым маленьким среди чинов канцелярии. Вместе со столовыми и квартирными судебный пристав окружного суда получал в год 600 рублей.

Как правило, принятому на службу кандидату назначался испытательный срок. Если в течение одного года «исполняющий должность» проявлял себя надлежащим образом, то председатель суда утверждал его в должности, что доводилось до общего сведения путем опубликования.

Правовой статус судебных приставов, проходивших испытательный срок и уже утвержденных в должности, существенно не отличался.

Однако за деятельностью «исправляющих обязанности» судебных приставов велся со стороны суда более жесткий контроль, так как любые недостатки могли послужить основанием для отказа в последующем утверждении в должности.

Надлежащему исполнению своих обязанностей, повышению ответственности в действиях приставов должны были служить залог и присяга.

Кандидат на должность судебного пристава был обязан внести залог в размере 600 рублей (сумма его годового денежного содержания), что служило гарантией возмещения возможных убытков, которые могли быть причинены неправомерными действиями пристава. Компенсация убытков из залога производилась только после специального разрешения судебной палаты. Пристав до пополнения или предоставления нового залога отстранялся от должности.

Судебный пристав пореформенной России

Принятие присяги, которым сопровождалось вступление в должность судебного пристава подчеркивало важность и особый характер его деятельности. Пристав приводился к присяге духовным лицом в торжественной обстановке при общем собрании департаментов или отделений того судебного места, при котором он должен был состоять.

Текст присяги был единым для всех и содержался в ст. 303 УСУ.

Пристав был обязан «честно и добросовестно исполнять все обязанности принимаемой на себя должности и все относящиеся до сих обязанностей законы и правила, распоряжения и поручения, не превышать установленной власти и не причинять с умыслом никому ущерба или убытков, а напротив, вверенные интересы ограждать как свои собственные…».

Таким образом, присягнувшее лицо принимало на себя все обязательства, возложенные законодательством на приставов, и готово было нести ответственность за неправомерные действия в связи с осуществлением служебной деятельности.

На лиц, отказывающихся принимать присягу, налагалось наказание. Согласно ст. 383 Уложения о наказаниях уголовных и исправительных, на «вступление в исправление должности, не учинив присяги на верность службы», следовал вычет из жалования пристава за две недели, а все произведенные ранее действия считались не действительными.

Кандидат считался окончательно утвержденным в должности с момента принятия им присяги.

Ему вручались свидетельство о вступлении в должность судебного пристава, подтверждающее его полномочия и определяющее местность, назначенную ему для жительства; нагрудный знак; печать с изображением герба судебного ведомства и надписью вокруг него, например: «Судебный пристав Кассационного департамента Правительствующего Сената». Кроме того, он получал три прошнурованные книги: учета входящей корреспонденции, учета исходящей корреспонденции и денежную приходно-расходную книгу.

В соответствии с действующим тогда законодательством судебный пристав не мог поменять место жительства без разрешения председателя суда, при котором состоял.

Судебные приставы должны были в обязательном порядке носить форменную одежду[6], так как до введения этого правила зачастую возникали недоразумения, когда должностных лиц, одетых в гражданский костюм, отказывались признавать в качестве представителей судебной власти. Кроме того, форменная одежда вызывала у граждан чувство уважения и доверия к государственной власти и ее представителям. Самих же служащих форма дисциплинировала и обязывала к достойному и надлежащему поведению.

Отрешение от должности судебного пристава происходило в следующих случаях:

  • (1) неявка на службу «без особо уважительных причин» в течение месяца со дня «определения к должности» (ст. 224, 228);
  • (2) по собственному желанию (по прошению) — например, в случае болезни или смены места жительства;
  • (3) по инициативе председателя суда (без прошения) длительной, «в продолжение одного года», болезни.

Судебным приставам округа каждой палаты предоставлялось право избирать из своей среды совет в составе старшины и нескольких членов (не менее пяти и не более девяти, в зависимости от числа приставов в данном округе), без определения сроков их полномочий.

Состав совета мог быть изменен посредством новых выборов, если этого пожелало не менее половины судебных приставов округа. Задачи совета состояли в наблюдении за деятельностью приставов; разбирательстве споров, возникавших между ними, и поступавших на них жалобы со стороны частных лиц; распределении между приставами вознаграждения.

Совет также имел право подвергать приставов различным дисциплинарным взысканиям (предупреждение, замечание, выговор) и возбуждать вопрос о наложении более строгих взысканий председателем суда или общим собранием суда.

Постановления совета, за исключением налагавших на приставов дисциплинарные наказания, могли быть обжалованы в судебную палату в течение двухнедельного срока с момента их вынесения (ст. 333 — 343 УСУ).

В качестве дополнительной гарантии добросовестной и профессиональной работы приставов законодательство предусматривало возможность создания органа самоуправления судебных приставов — товарищества с круговой порукой.

Принятым в ходе судебной реформы законодательством были предусмотрены нормы, направленные на охрану правового статуса судебного пристава, согласно которым судебный пристав защищался и как должностное лицо, и как личность. За оказание физического сопротивления судебному приставу, нанесение побоев, словесное оскорбление и т.д. следовала ответственность, предусмотренная ст.

270—273, 285, 286, 305, 306, 324, 325 Уложения о наказаниях уголовных и исправительных. Согласно Уложению, за перечисленные действия виновный мог быть подвергнут, в зависимости от обстоятельств дела, денежному штрафу до 100 руб.

, лишению всех прав состояния, тюремному заключению на срок от 8 месяцев до 2 лет, ссылкой на каторжные работы на период от 4 до 6 лет, либо аресту на различный срок.

Создание института судебных приставов в 1864 г. сыграло положительную роль в развитии отечественного судоустройства и судопроизводства. Исполнение судебных решений было отнесено к деятельности специально созданных судебных учреждений и представляло собой последнюю стадию судопроизводства, на которой происходило реальное восстановление нарушенных прав.

Морально-нравственные требования, предъявляемые к судебным приставам, позволяли сделать эту деятельность более эффективной и возвысили ее в социальном сознании.

Кроме того, очень важно подчеркнуть, что к этому времени государственная служба, в том числе исполнение судебных решений, стала, в некотором роде, наследственным занятием[7] для довольно большого числа поданных Российской империи.

В статусе, установленном Великой судебной реформой 1864 г., институт судебных приставов просуществовал до 1917 г. и стал прообразом восстановленного в 1997 г. института судебных приставов Министерства юстиции Российской Федерации.

Источник: https://studref.com/520952/pravo/velikaya_sudebnaya_reforma_1864_usilenie_nravstvennyh_osnov_instituta_sudebnyh_pristavov

Об изменении устава юридического лица или снова о юридической технике, логике и противоречиях между нормами права

Вступление в силу судебных уставов

По вопросу об изменении Устава юридического лица необходимо различать вопросы: о вступлении в силу самих изменений в Устав юридического лица и о юридической силе решения органа юридического лица о внесении этих изменений в Устав.

О вступлении в силу изменений в Устав юридического лица.

Вступление в силу изменений в Устав юридического лица связывается с государственной регистрацией этих изменений, но это касается третьих лиц. Так, в соответствие с п. 6 ст.

52 Гражданского кодекса РФ изменения, внесенные в учредительные документы юридических лиц, приобретают силу для третьих лиц с момента государственной регистрации учредительных документов, а в случаях, установленных законом, с момента уведомления органа, осуществляющего государственную регистрацию, о таких изменениях.

Кроме того, в большинстве положений специальных законов, где говорится о моменте вступления в силу изменений, внесенных в Устав, также указывается, что это касается третьих лиц. В качестве примеров можно привести ч. 2 ст. 14 Федерального закона «Об акционерных обществах» и ч. 4 ст. 12 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

О юридической силе решения органа юридического лица о внесении изменений в Устав.

Для лиц, которые составляют орган юридического лица или связаны с юридическим лицом определенными отношениями, решение органа юридического лица о внесении изменений в Устав обязательно с момента принятия.

С 01.09.2013 действует п. 2 ст.181.

1 Гражданского кодекса РФ, согласно которому решение собрания, с которым закон связывает гражданско-правовые последствия, порождает правовые последствия, на которые решение собрания направлено, для всех лиц, имевших право участвовать в данном собрании (участников юридического лица, сособственников, кредиторов при банкротстве и других – участников гражданско-правового сообщества), а также для иных лиц, если это установлено законом или вытекает из существа отношений.

Под случаи, вытекающие из существа отношений, по рассматриваемому вопросу подпадают отношения, в которых есть обязанность подчиняться локальным актам юридического лица, т. е. корпоративные и трудовые отношения.

Кроме того, в п. 6 ст. 52 Гражданского кодекса РФ закрепляется, что юридические лица и их учредители (участники) не вправе ссылаться на отсутствие регистрации таких изменений в отношениях с третьими лицами, действовавшими с учетом таких изменений.

Тем самым даже не зарегистрированным изменениям в Устав может придаваться юридическая сила в отношениях с третьими лицами, если они знают об этих изменениях, но не осведомлены об отсутствии регистрации.

Это подтверждает, что решение органа юридического лица о внесении изменений в Устав обладает юридической силой и до государственной регистрации этих изменений.

Регулирование в отношении некоммерческих организаций.

Проблему создает то, что в отношении вступления в силу изменений в учредительные документы некоммерческих организаций упоминания третьих лиц нет (ч. 2 ст. 23 Федерального закона «О некоммерческих организациях»).

Однако, если основываться на нормальной юридической логике, это не может означать наличие другого подхода (в частности, что решение органа некоммерческой организации об изменении Устава до регистрации этих изменений никакой юридической силы не имеет).

Во-первых, у п. 2 ст.181.1 Гражданского кодекса РФ и ч. 2 ст. 23 Федерального закона «О некоммерческих организациях» разные предметы регулирования, в первом случае – определение юридической силы решения органа юридического лица для определенного круга лиц, во втором – вступление в силу изменений в Устав для всех остальных (третьих) лиц.

Во-вторых, с формальной точки зрения п. 2 ст.181.1 Гражданского кодекса РФ не закрепляет возможности установления исключений из закрепленного в нем правила.

В-третьих, Конституционный Суд РФ по поводу ч. 4 ст.

12 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» прямо отмечал, что «о значении устава для заинтересованных третьих лиц свидетельствует также то обстоятельство, что при изменении устава его новые положения приобретают силу для третьих лиц с момента их государственной регистрации…, притом что для самих участников измененные положения устава вступают в силу с момента принятия решения общим собранием» (абз. 2 п. 3 мотивировочной части определения от 03.07.2014 N 1564-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Соловьевой Татьяны Алексеевны на нарушение ее конституционных прав положением пункта 2 статьи 21 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»). Конституционно-правовой смысл аналогичных норм, касающихся юридических лиц других организационно-правовых форм и видов, должен быть одинаков.

Таким образом, для третьих лиц изменения в Устав любого юридического лица вступают в силу с момента государственной регистрации этих изменений, а для лиц, которые связаны с юридическим лицом корпоративными или трудовыми отношениями, решение органа юридического лица о внесении изменений в Устав обязательно с момента его принятия.

Однако в связи с изложенным, возникает два проблемных вопроса.

1. О юридической технике, порождающей противоречия.

Непонятно, зачем в специальных законах (в данном случае об отдельных организационно-правовых формах хозяйственных обществ и о некоммерческих организациях) переписывать общие положения из Гражданского кодекса РФ? Специальные законы должны содержать нормы, содержащие особые (специальные) правила, действующие в отношении конкретных субъектов или объектов и имеющие приоритет перед общими положениями Гражданского кодекса РФ.

2. Если искусственно перевести рассматриваемый вопрос в плоскость противоречия между Гражданским кодексом РФ и Федеральным законом «О некоммерческих организациях», то в очередной раз проявляется юридическая ущербность ч. 4 ст. 3 Федерального закона от 07.05.

2013 N 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которой «впредь до приведения законодательных и иных нормативных правовых актов, действующих на территории Российской Федерации, в соответствие с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) законодательные и иные нормативные правовые акты Российской Федерации, а также акты законодательства Союза ССР, действующие на территории Российской Федерации в пределах и в порядке, которые предусмотрены законодательством Российской Федерации, применяются постольку, поскольку они не противоречат положениям Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона)».

Применительно к рассматриваемому вопросу это положение создает логически неразрешимую ситуацию.

Во-первых, исходя из нормального построения системы законодательства, привести специальный закон в соответствие с общим, можно только отменив специальные нормы.

Во-вторых, формально приоритет Гражданского кодекса РФ провозглашен до приведения в соответствие иных нормативных актов (обратите внимание, актов в целом!) в соответствие с Гражданским кодексом РФ.

После принятия Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ в тот же Федеральный закон «О некоммерческих организациях» внесено больше двадцати изменений в отдельные статьи! При этом в ст. 23 этого Федерального закона изменений не вносилось. Так вот попробуйте ответить на вопрос: приведены ли Федеральный закон «О некоммерческих организациях» в целом и его ст.

23 в частности в соответствие с новой редакцией Гражданского кодекса РФ или нет? А ведь от ответа на этот вопрос зависит и ответ на вопрос: можно ли считать положение, содержащееся в ч. 2 ст.

23 Федерального закона «О некоммерческих организациях», специальным по отношению к Гражданскому кодексу РФ? Если это положение не приведено в соответствие с новой редакцией Гражданского кодекса РФ, то временный приоритет имеют положения Гражданского кодекса РФ, если приведено, то это положение можно попытаться считать специальным по отношению и к п. 6 ст.

52 и к п. 2 ст.181.1 Гражданского кодекса РФ. Как было отмечено выше, этот подход будет методологически неверным, но в ситуации логического абсурда уже становится возможным все.

О приоритете кодифицированных актов

Следует напомнить.Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, выработанной применительно к Гражданскому кодексу РФ, ст. 76 Конституции РФ не определяет и не позволяет определять иерархию актов внутри одного их вида, т. е.

один федеральный закон не может быть безусловно по юридической силе выше другого (см. абз. 8 п. 3 мотивировочной части определения от 05.11.

1999 N 182-0 «По запросу Арбитражного суда города Москвы о проверке конституционности пунктов 1 и 4 части четвертой статьи 20 Федерального закона “О банках и банковской деятельности»).

В других решениях по поводу Уголовно-процессуального кодекса РФ, в которых Конституционный Суд РФ отмечает право законодателя придать приоритет его нормам, подчеркивается, что этот приоритет не означает безусловного характера и не отменяет принципов приоритета специального закона и закона, принятого позднее (см.:

– абз. 2 п. 2.2, абз. 2 п. 2.3 мотивировочной части постановления Конституционного Суда РФ от 29.06.2004 N 13-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 7, 15, 107, 234 и 450 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом группы депутатов Государственной Думы»;

Источник: https://zakon.ru/blog/2017/1/5/ob_izmenenii_ustava_yuridicheskogo_lica_ili_snova_o_yuridicheskoj_tehnike_logike_i_protivorechiyah_m

Каков срок вступления в законную силу судебного приказа, чем он отличается от решения суда и можно ли его отменить

Вступление в силу судебных уставов

Судебный приказ – это постановление о взыскании по бесспорным требованиям денежных средств или движимого имущества на сумму, не превышающую 500 000 для гражданских дел и 400 000 для арбитражных, принятое без проведения судебных тяжб и разбирательств единолично судьёй по предоставленному пакету документов. Каков срок вступления в законную силу судебного приказа, чем он отличается от решения суда и можно ли его отменить? Это и будем рассматривать в соответствующей статье на блоге blogfreo.ru.

В ГПК РФ указано, что приказное производство возбуждается в тех случаях, если требование основано на сделке, оформленной в простой письменной форме или заверенной нотариусом, а также заявлено о взыскании:

  • с родителя алиментов на детей, не достигших совершеннолетия, но при этом отцовство (материнство) не оспаривается и к делу не привлечены третьи лица;
  • неоплаченных налогов или штрафов, оплаты услуг ЖКХ и так далее;
  • задержанной или невыплаченной совсем (в течение трёх месяцев) заработной платы;
  • расходов со стороны органов внутренних дел, связанных с поиском ответчика.

Дела о вынесении судебного приказа ведут мировые судьи.

Оглавление статьи:

Чем отличается от решения суда

Что такое судебный приказ понятно из предыдущего абзаца, но чем же он отличается от решения суда, вынесенного по АПК РФ?

Общее у этих актов в том, что они выносятся судом, направлены на урегулирование неких споров и обязательны к исполнению, в том числе в принудительном порядке. Отличия их заключаются в следующем:

  1. Решение выносится арбитражным судом после разбирательства с тщательным исследованием доказательств, вызовом обеих сторон, прослушиванием свидетельских показаний и так далее. Приказ же судья выносит единолично, основываясь только на предоставленных документах, не вызывая стороны и не привлекая третьи лица.
  2. Суд, вынесший решение, не может его отменить, с приказом всё ровно наоборот. Он подлежит отмене тем же судьёй, если должник в установленные сроки подаст заявление на отмену.
  3. Решение имеет четыре составных части – вводную, резолютивную, описательную и мотивировочную, приказ состоит только из двух частей – вводной и резолютивной.
  4. После вынесения решения истцу необходимо получать исполнительный лист, приказ же сам является исполнительным документом.
  5. Сроки, отведённые на обжалование, у одного акта составляют 30 календарных дней, у другого – всего 10 дней.

Срок вступления в силу

Как показывает практика заявление о выдаче судебного приказа в большинстве случаев подают кредиторы, которые хотят взыскать свои деньги с заёмщиков, отказывающихся от их выплаты.

Вторая распространённая категория – это матери несовершеннолетних детей, находящиеся в разводе с их отцами.

Такие дела считаются бесспорными и не требуют дополнительных разбирательств, поэтому могут рассматриваться одним судьёй лишь по представленным документам.

Заявление должно подаваться по месту жительства должника, в случае с алиментами оно может быть подано по месту жительства заявителя. Судья принимает решение в течение пяти рабочих дней.

После этого он высылает Почтой России должнику копию судебного приказа, срок вступления которого в законную силу — 10 дней после получения адресатом, если за это время тот не подаст заявление на отмену акта, а если подаст, тогда определение об отмене начнёт действовать незамедлительно.

Если заказное письмо с актом не получено адресатом, то оно пролежит на почте 7 дней, после чего его отправят обратно в суд. Тогда акт вступит в силу с момента получения его судьёй. Из этого следует, что нарочное неполучение письма из суда на почте не освобождает должников от необходимости исполнять обязательства перед кредиторами.

После вступления документа в силу судья ставит на втором экземпляре приказа гербовую печать и передаёт его заявителю или по его просьбе направляет сразу судебным приставам для исполнения.

Как отменить

Что же делать должникам после вынесения судебного приказа, чтобы его отменить, если они с ним несогласны?

Во-первых, они должны его получить на руки и не позднее 10 дней после получения направить в суд заявление об отмене. Получив такое заявление, судья обязан отменить акт без каких-либо задержек.

Должнику даже не нужно указывать в заявление какие-либо веские причины, само такое заявление уже является поводом для отмены, так как по законам РФ ответчик имеет полное право защищать свои интересы в судебном порядке.

В этом случае кредитор или другой заявитель может подать исковое заявление в арбитражный суд для подробного разбирательства по делу.

Во-вторых, должникам необходимо подготовить доказательства неправомерности назначенного взыскания или документы, подтверждающие наличие обстоятельств, делающих невозможным возмещение долга в установленные сроки и в установленных размерах.

В-третьих, нужно быть готовым к тому, что после вынесения судом определения отмены, заявитель подаст исковое заявление.

Чтобы избежать судебных тяжб, можно попробовать заключить с кредитором мировое соглашение, в рамках которого будут прописаны сроки и условия возвращения долга.

Как правило, истцы идут на уступки, так как им тоже не хочется тратить время и деньги на судебные разбирательства, а вернуть собственные средства необходимо.

Плюсы и минусы судебного приказа

Нормы о судебных приказах были включены в ГПК РФ только в 1996 году, хотя их прототипы существовали ещё в дореволюционной России.

Приказное производство удобно в тех случаях, когда дело не вызывает сомнений, то есть оно бесспорно и не требует дополнительных разбирательств.

Такой подход, когда судья в сжатые сроки по пакету собранных документов самолично выносит решение, имеет массу плюсов для всех сторон:

  1. Экономия средств. Госпошлину нужно будет заплатить в половинном размере, чем при исковом производстве, не придётся оплачивать услуги адвокатов и прочих привлекаемым со стороны представителей закона и третьих лиц. А ещё полностью исключаются транспортные расходы, так как представители сторон в суд не вызываются.
  2. Экономия нервов. Заявителю нужно лишь один раз собрать пакет документов, далее, судья не вправе затребовать дополнительные доказательства, он должен вынести решение на основании того, что имеет. А также впоследствии не придётся получать исполнительный лист. Ответчику, получившему уведомление по почте, достаточно написать заявление, чтобы решение было отменено — это гораздо проще, чем подавать апелляции.
  3. Экономия времени. Исковые разбирательства могут затянуться на несколько месяцев и даже больше. В приказном производстве судья принимает решение в течение пяти дней.

Однако, есть у приказного производства и свои минусы. Главный из них – это непродуманное и несвоевременное донесение до ответчика информации о вынесении приказа. Судья отправляет копию документа по почте, но:

  1. Истец может нарочно указать в заявлении ошибочный адрес ответчика. Достаточно ошибиться в одной цифре номера дома и письмо к ответчику уже не попадёт, что на практике часто и случается.
  2. Почта может потерять письмо в процессе доставки.
  3. Квитанцию о необходимости получения заказного письма на почте могут вытащить из почтового ящика местные хулиганы.
  4. Ответчик может сменить место жительства, уехать в отпуск, лежать в больнице, просто не проверять почтовый ящик и тем самым не получить уведомление вовремя.

В таких случаях почта возвращает письмо в суд и приказ сразу же вступает в силу.

Очень много таких ситуаций, когда должник узнаёт о вынесении судебного приказа в тот момент, когда с его карты приставы списывают в качестве платежа средства.

Особенно часто такое случается с постановлениями, вынесенными по КАС, а всё потому, что кодекс административного судопроизводства устанавливает начало срока, в который ответчик может подать возражение, на момент отправки приказа, а не на дату его получения.

Если по независящим от ответчика причинам, он не получил акт вовремя, то он может подать в суд прошение о восстановлении 10-дневного срока, отведённого на обжалование приказа.

Приказное производство имеет минусы и для взыскателей.

Если ответчик спустя даже продолжительное время докажет неправомерность назначенных взысканий или факт того, что он не получил документ вовремя, например, когда списания долга уже начались, то судебный приказ всё равно будет отменён. В этом случае взыскатель обязан будет возвратить средства и ему нужно будет подавать исковое заявление для дальнейшего разбирательства.

Источник: https://blogfreo.ru/srok-vstupleniya-v-zakonnuyu-silu-sudebnogo-prikaza/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.